Эра вуайеристов

От Байрона до О. Джей Симпсона

Массовый вуайеризм – то чего не было

Андрей Попов. «Балаганы в Туле на Святой неделе». 1873 год. Государственный Русский музей
Текст: Андрей Громов

Материал подготовлен в рамках проекта «The Earth Is Flat - Kак читать медиа?», реализуемого Гёте-Институтом в Москве и порталом COLTA.RU при поддержке Европейского союза

Когда мы придумывали формат для заметок об историческом контексте обсуждаемых тем, то исходили из понятной гипотезы: ничто не ново под луной, в истории все уже было. Мы даже сначала эту рубрику так и назвали – цитатой из Евангелия от Матфея: «Сие же все было». И до сих пор эта логика действовала безотказно.

Но тут. Тут возникли очевидные сложности. До недавнего времени ничего подобного нынешней массовой страсти к вуайеризму просто не было.

Нет, люди валом валили на любые зрелища во все времена. Но это были именно зрелища: представления чего-то необычного, диковинного, особого.

На олимпиады в древней Греции стекались толпы народу, но спортсмены хоть и были часто соседями, но воспринимались как богоподобные герои. Битвы гладиаторов в Риме тоже не были частью обыденности. Там люди убивали друг друга. То же и с бегом колесниц. И вообще с любым развлечением. Даже деревенские дурачки – жизнь которых была как бы у всех на виду – их понимали, как юродивых, святых.

В общем, мы, похоже, нашли нечто, что радикально отличает наше время от любого другого. То, что появилось совсем недавно, а до того и не существовало вовсе. Или, все-таки, не совсем так. Все-таки где-то с конца XVIII века что-то похожее уже начало происходить.

Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Дневники – первый порыв к вуайеризму

Лорд Байрон

Library of Congress

«Зачем жалеешь ты о потере записок Байрона? черт с ними! слава богу, что потеряны», – пишет Пушкин Вяземскому, а потом дает формулу, которая описывает только-только появившуюся массовую страсть к вуайеризму. «Толпа жадно читает исповеди, записки etc., потому что в подлости своей радуется унижению высокого, слабостям могущего. При открытии всякой мерзости она в восхищении. Он мал, как мы, он мерзок, как мы! Врете, подлецы: он и мал и мерзок – не так, как вы – иначе».

Ну вот да, что-то похожее на нынешнюю страсть наблюдать за чужой жизнью (ну и выставлять свою напоказ), появляется в эпоху сентиментализма и романтизма. Где-то во второй половине XVIII века. Собственно, в это время люди, самые разные, начинают не только вести, но и публиковать свои дневники. Личные переживания и субъективное отношение к миру становятся ценностью. Впрочем, писатели и деятели той эпохи представляли себе каждое переживание, каждое эмоциональное состояние, любой собственный опыт как уникальные. Читатели же по мере появления и распространения всех этих дневников, напротив, все чаще с наслаждением искали в них подтверждение банальности и низменности чужой жизни. И это очень точно заметил Пушкин.

Тут-то и началось перетягивание каната. Романтики писали и издавали дневники, как человеческое высказывание, как фиксацию «уникального опыта переживаний особенной души» («не так, как вы – иначе»). Обыватели видели в этих дневниках что-то вроде нынешнего стрима, и ровно потому охотно их раскупали. На этот приступ вуайеризма, писатели ответили вполне цинично – дневники писались теперь с оглядкой на будущего читателя, они все очевиднее создавались не как исповедь души, а как произведения отдельного литературного жанра. В XIX и даже в XX веке творческие люди еще не созрели, чтобы вести полноценные стрим-каналы, конечно, но постепенно к чему-то такому как раз и готовились.

90 минут «ничего». Реалити-шоу и прорыв к массовому вуайеризму

Создатель телешоу «Скрытая камера» Аллен Фант с рекламным постером

Etsy, Inc.

По-настоящему все изменил телевизор. Или, точнее, с появлением телевизора вдруг обнаружилось, что стремление людей наблюдать за чужой жизнью – это не маргинальная прихоть, а вполне массовое явление.

Первое реалити-шоу вышло в эфир уже в 1948 году. «Скрытая камера» (Candid Camera) – разнообразные, по большей части подставные комические эпизоды, где обычных людей снимали на скрытую камеру, а в конце говорили известную всем фразу: «Улыбнитесь, вас снимает скрытая камера». Это шоу без перерывов шло до 1970-х годов, а потом то закрываясь, то возрождаясь, дожило до нашего времени.

В 1964 году в Великобритании вышел документальный фильм “7 Up!”, который состоял из разговоров с 14 семилетними детьми. С тех пор появилось 9 фильмов – по фильму каждые 7 лет, с теми же людьми (детьми они перестали быть уже к третьей серии). Последний фильм “63 Up” был показан буквально несколько дней назад, с 4 по 6 июня 2019 года. Правда, теперь в нем осталось только 11 героев. Один отказался от участия в проекте еще с “28 Up”, одна участница была больна во время съемок, а одна умерла в 2013 году. Впрочем, сегодня этот проект выглядит уже не как реалити-шоу, а как грандиозное исследование.

Собственно, логика вуайеризма раннего телевиденья во многом была именно исследовательской. В 1973 году на американском телевидении показали 12 серийный фильм «Американская семья» (An American Family) – хронику трех месяцев повседневной жизни американской семьи из высшего среднего класса, живущей в Санта-Барбаре. Всего было отснято более 300 часов, практически в реальном времени. И за эти 3 месяца и 300 часов съемок мир обычной американской семьи разлетелся вдребезги: сын ушел из дома, а родители развелись. Идея фильма была чисто исследовательская, но оказалось, что камера – это не просто непредвзятый наблюдатель, сам факт съемок, сам факт наблюдения начинает влиять на реальность. Такая вот Санта-Барбара.

Впрочем, настоящий прорыв к вуайеризму случился только в 1994 году. 17 июня 1994 года в 18:50 практически все каналы американского телевидения прервали свои передачи и в течении 90 минут транслировали полицейскую погоню за бывшей звездой американского футбола О.Джей Симпсоном, обвиняемым в убийстве жены и ее любовника. 90 минут вся Америка смотрела на то, как несколько полицейских машин едут на некотором расстоянии от машины О. Джей Симпсона, который приставил к своей голове пистолет. 90 минут не происходило ровным счетом ничего, но именно на это «ничего» не отрываясь смотрели миллионы людей.

Это был прорыв к новому миру, к эре вуайеризма. Выяснилось, что людям можно показывать «ничего», и они будут смотреть. Шведская франшиза 1997 года «Выжившие» (группу незнакомых друг с другом людей, высадили на острове со снаряжением и припасами, которые они за две минуты успели унести с корабля) еще концентрировалась на необычном сюжете, а вот нидерландская франшиза 1999 года «Большой брат» (несколько человек запертых в доме, напичкано видеокамерами) – на такие мелочи уже внимания не обращала. Кстати, ее российский аналог – «За стеклом» – произвел в свое время огромный фурор.

Зверь, именуемый кот. Комический эпизод.

Уильям Дж. Прингл. «Раек»

Dudley Museums Service

(Все-таки хоть какая-то история должна же быть. Пусть будет эта. Так чтобы совсем не нарушать формат и логику: в истории все уже было)

Фламандский хронист описывает, как на ярмарке в Брюгге в самом конце XVI века произошло комическое событие. Один из аттракционов с помпезной вывеской «чудо-корова» показывал окрашенную в розовый цвет корову. Такое нехитрое плутовство вполне себе работало. Розовая корова не то, чтобы пользовалась бешеной популярностью, но многие люди все-таки платили деньги, проходили через шатер и смотрели, как по вольеру ходит парнокопытное животное.

Однако на второй день ярмарки пошел дождь и всю розовую краску с коровы смыло. Ну а дальше, три или даже четыре дня владелец чудо-зверя спокойно брал деньги с людей за просмотр самой обыкновенной коровы. И только на четвертый день, кто-то все-таки заметил неладное и поднял скандал.

Схожую историю приписывают Ходже Насреддину – легендарному герою анекдотов Центральной Азии и Ближнего Востока. Точнее, ее ему приписал советский писатель Леонид Соловьев. В одной из книг Соловьева Ходжа Нассредин помогает бедной старушке заработать деньги, продавая возможность посмотреть на обычного кота, и зазывая людей вывеской «зверь, именуемый кот».