Существа второго сорта

Убили ли бы вы толстяка?

Сегодня неважно, какой ты расы, национальности или сексуальной ориентации, но если ты куришь, растолстел или плохо выглядишь - ты обречен быть изгоем

Оноре Домье. «После воды – огонь». 1858. The Metropolitan Museum of Art
Текст: Юрий Сапрыкин

Представляете, прихожу вчера в ресторан, а за соседним столом — негр (гей, еврей, инвалид). Сидит, как ни в чем не бывало. Я, конечно, вызвал администратора — все-таки это приличное место, если они дорожат репутацией своего заведения, такого нельзя позволять. Я все понимаю, у меня у самого есть друзья негры (геи, евреи, инвалиды). Но у всего есть границы — могли бы посидеть дома, или со своими где-нибудь. Зачем портить приличным людям вечер.

***

Какое счастье, что цивилизация ушла далеко вперед, и таких оскорбительных высказываний сегодня уже не услышишь.

В XX веке человечество заплатило дорогую цену за осознание простого факта: если человек принадлежит к другой национальности или расе, если он исповедует другую веру, если у него другие сексуальные предпочтения, если его физическое состояние или психологическое устройство не соответствует общепринятой норме — он все равно остается человеком. Это не повод лишать его прав или ограничивать его свободу. Эти отличия не могут быть поводом для шуток или оскорблений; они требуют уважения, а в некоторых случаях и защиты. Человечество более-менее согласилось с тем, что дискриминация прав меньшинств недопустима, и если политики временами пытаются еще повернуть время назад, то на бытовом уровне норма установилась почти повсеместно: заявить в публичном пространстве о ненависти к геям, афроамериканцам или инвалидам просто по факту их гейства и афроамериканскости — значит, зарекомендовать себя пещерным человеком, поставившим себя вне общественных норм (ок, мы знаем страны, где это еще прокатывает, но и здесь соответствующие фобии идут на спад: те человеческие особенности, что еще недавно служили поводом для уголовного наказания или поражения в правах, сегодня провоцируют мракобесную риторику и неполиткорректные шутки, но и это пройдет).

А теперь попробуем взять воображаемый фейсбучный пост из начала статьи: можем ли мы представить его в нашей ленте сегодня? Ок, не про неудобства ресторанного соседства с геем или инвалидом, но по какому-то другому поводу? Может быть, существуют еще меньшинства, остающиеся невидимыми для радаров политкорректности?

Наверняка вы видели подобные тексты, за примерами далеко ходить не надо. Люди приходят в ресторан (садятся в самолет, едут в метро), а рядом сидит неопрятный толстяк. Или мама с маленькими детьми, и они громко орут. Или, если дело на улице — кто-то курящий. Или, совсем уж вопиющий случай — бомж. Все, этого достаточно, чтобы испортить вечер (полет, поездку), и градус эмоций точно такой же, как в иную эпоху — к гею или афроамериканцу. Неприятные соседи портят настроение, оскорбляют вкус и эстетическое чувство, создают неудобства, как можно ТАКИМ заявиться в приличное место, сидели бы лучше дома или со своими такими же.

Общество со скрипом, но согласилось, что люди могут быть разными — если эта особенность врожденная или получена в результате обстоятельств непреодолимой силы. Точно такая же особенность, ставшая результатом вредных привычек, специфики воспитания или специфики конституции, оправданием уже не является. Национальность — не результат сознательного выбора, с какой родился, с той и живешь; с сексуальной ориентацией уже сложнее, хотя биологи постепенно убеждают общество, что и это заложено в генах, но если ты куришь, растолстел или плохо выглядишь — это уже твоя сознательная недоработка. Ты слаб, ты сдался, ты не следил за собой, и никаких смягчающих обстоятельств тут быть не может.

На самом деле, может: вредное пристрастие или лишний вес наверняка восходят к какому-то неправильному, сознательному или не очень, решению, но возможно, давно переросли в болезнь, органическое изменение, с которым человек не в состоянии справиться своими силами. Не самые изящные манеры или нездоровый образ жизни могут быть заложены в наших генах; асоциальность, или совсем вопиющий случай — бездомность, могут оказаться результатом трагического стечения обстоятельств. На родине политкорректности попрекать толстяка его толстотой уже считается неприличным, для этого существует специальный термин — «фэтшейминг», а вековые традиции американских бродяг, бездомных и прочего вайт трэша заставляют и к нынешним бомжам относиться с уважением. Но в России все традиции, несмотря на постоянные отсылки к традиционным ценностям, достаточно свежи, и едва ли не самая сильная из них — традиция сегрегации, фейс-контроля, невидимых шлагбаумов, позволяющих недавно образовавшимся социальным стратам жить, не замечая друг друга. Нездоровый вид или вредная привычка автоматически отбрасывают тебя по ту сторону шлагбаума: в конкурентной борьбе, результаты которой должен фиксировать шлагбаум, ты заранее проиграл. Ты не позаботился о своем виде, не проследил за здоровьем, не обеспечил личностный рост. Отправляйся в гетто — в случае курильщиков, например, оно уже приобрело вполне устоявшиеся и закрепленные законом формы.

Все это раздражение по поводу «опустившихся» людей исходит из одной бессознательной предпосылки — что мы хозяева собственного тела и собственной жизни. Мы можем прокачать скиллы, набрать идеальную форму, распорядиться собственной карьерой, нужно только взять себя в руки, приложить усилие. У этого процесса есть формы социального контроля и оценки: мы транслируем в фейсбук данные фитнес-трекеров, чекинимся в спортзале, выкладываем селфи с кубиками на прессе. Лайки и сердечки в тиндере убеждают нас, что мы на правильном пути. Бум психотерапии и прочей «осознанности» заставляет предположить, что лет через пять мы будем относиться и к своему психическому состоянию — если ты чёт приуныл, это твоя недоработка. Ты не позаботился, не постарался, сдался. Само отсутствие склонности хвастаться своим бодрым видом или уверенностью в себе тоже начинает выглядеть подозрительно: автор этого текста на пару лет выпиливался из фейсбука, и все эти годы примерно каждая встреча со знакомыми начиналась с фразы «Ты что-то совсем ПРОПАЛ». Быть грустным и необщительным завтра — все равно что курить, толстеть или опохмеляться сегодня: это социально порицаемое поведение, которое свидетельствует о слабости и неуважении к окружающим. Жить нужно непременно хорошо, «бодры» нужно говорить «бодрее», и не нужно портить приличным людям вечер — сидите лучше дома или со своими.