Битвы за социальную справедливость

Радикальное добро с кулаками

Означает ли борьба за «социальную справедливость» уничтожение свобод

Анри Шеффер. «Жанна д’Арк въезжает в освобожденный Орлеан». 1843. Château de Versailles
Текст: Оксана Мороз

Материал подготовлен в рамках проекта «The Earth Is Flat - Kак читать медиа?», реализуемого Гёте-Институтом в Москве и порталом COLTA.RU при поддержке Европейского союза

***

Вообще-то в мире идет гражданская война. Она не очень заметна, поскольку ее течение не так часто сопровождается катаклизмами, обсуждением которых мы привыкли заполнять оффлайн и онлайн медиа. Но мы все в нее вовлечены, и часто – вопреки собственным желаниям.

Это война между теми, кто полагает себя активными сторонниками радикально-прогрессивных убеждений и всеми остальными людьми, не соизволившими публично примкнуть к лагерю борцов за «социальную справедливость». Те, кто не разделяет «правильную» повестку и не готовы за нее постоянно биться (хотя бы онлайн!), находятся на волосок от гибели. Прежде всего, моральной и гражданской – потому что нежелание проповедовать определенные политические взгляды часто трактуется как «моральное уродство», исключающее индивида из «правильно устроенного» социального мира. Увы, но так выглядит мир победившего императива «личное – это политическое»: субъективные представления о «правильном», положенные в основание идеологических конструктов, выдаются за объективное благо.

***

Как понять, по какую сторону баррикад находитесь вы? Для начала оцените, насколько вам близки современные леволиберальные клише и особенно – представления о политической корректности. Вы полагаете, что необходимо строить такое общество, в котором соблюдаются нормы инклюзии? Где каждый – вне зависимости от различий и особенностей любого порядка – должен чувствовать себя защищенным от посягательств на свободы и права? Вы выступаете за равенство возможностей? Окей, ставим галочку.

Затем подумайте, насколько вы готовы проводить довольно простую процедуру разделения мира на тех, кто обладает «привилегиями», и всех остальных, очевидно, представляющих подавляемые сообщества? Не смущайтесь – только совершив операцию сегрегации, можно увидеть, в какой степени существующее общественное устройство справедливо (читай – инклюзивно) и требует ли оно перестройки. Помните, что дискриминация может осуществляться практически по любому признаку, которым обладает человек: по признаку расы (расизм), пола и гендера (сексизм и гендеризм, здесь же – гомофобия и трансфобия), возраста (эйджизм), состояния здоровья (эйблизм и ментализм, а также их «провокаторы» – скажем, ВИЧ-фобия), социального положения (ранкизм), определенных внешних характеристик (лукизм, фетфобия). Обнаружили себя среди «угнетаемых» – ставим галочку. Нет? Тогда взвесьте, этично ли быть в числе наиболее привилегированных? Это вообще заслуженная и моральная позиция? Может, в вашем положении лучше воспользоваться своими исключительными возможностями для помощи тем, кому повезло чуть меньше? Ставим галочку, если вам стало стыдно и захотелось выступить в защиту чужих прав.

Только совершив операцию сегрегации, можно увидеть, в какой степени существующее общественное устройство справедливо

Теперь было бы полезно вспомнить о гипотезе лингвистической относительности, согласно которой язык и мышление тесно связаны. Поскольку вы уже, наверное, ощутили необходимость активизма в защиту угнетенных, то начать стоит с заботы о языке. В конце концов, это самый безопасный вид активизма, а вы ведь не хотите всерьез рисковать собой? Тем более, что такой вид борьбы можно без потери эффективности производить онлайн. А, значит, можно стать героем без выполнения каких-то экстраординарных действий, что тоже отвечает требованию не акцентировать наличие привилегий (например, доступа к соцсетям). Итак, дискриминация – это не только фактическое лишение определенных прав и возможностей, но и демонстративный или скрытый отказ от уважения норм, принятых в сообществе угнетаемых. И одной из самых отвратительных форм дискриминации является вербальная микроагрессия, проявляющаяся, например, в использовании «некорректного» языка, в том числе, в общении с представителями угнетаемых групп. Давайте не будем миндальничать – этот язык вовсе не абстрактно «некорректный», а обесценивающий, вполне себе отвечающий нормам «hate speech» (в переводе с английского – язык вражды или риторика ненависти). Все, кто еще не запомнил, что слова «бомж», «аутист», «гастарбайтер» и прочие унижают достоинство человека, занимаются шеймингом, им должно быть стыдно. Наверное, если вы все еще читаете этот морализаторский текст, вы – не из таких, так что ставим галочку.

Наконец, надо ответить на краеугольный вопрос: стоит ли требовать ограничения свободы слова, если это «слово», вообще речевая деятельность оказываются местом обитания стереотипического и потому не всегда корректного языка? И, затем, нужно ли демонстрировать «нулевую толерантность» к тем, кто не разделяет ваших убеждений (а, значит, не разделяет и представлений о «правильном») и требовать их нормализации? Полагаете ли вы возможным – ради закрепления блага справедливого отношения к другим – вводить правовые ограничения на высказывания тех, кого считаете недостаточно либеральным в суждениях? А если обращение к государству в таких вопросах невозможно (государственная идеология вообще далеко не везде настолько пронизана нормами тотальной политкорректности), правильно ли создавать ситуации социального остракизма, осуждения консервативно настроенных индивидов? Верно ли, что публичное одергивание недостаточно чувствительных к страданиям других индивидов – моральная ответственность любого сознательного человека, а вовсе не призыв к травле? Галочка, галочка, галочка.

***

Ну что ж, поздравляем. Чем больше у вас галочек, тем ближе вы к положению «social justice warrior» (SJW) – современного борца за все хорошее и против всего плохого. Но не стоит радоваться: как кажется, это довольно аморфное сообщество, распознающее благо исключительно в разделяемых ими леволиберальных ценностях, в действительности требует нового тоталитаризма. А еще постепенно устанавливает такую повестку, которая отрицает необходимость критического осмысления всей сложности социального мира и требует установления черно-белого этического порядка.

Шутка. В нашем очередном выпуске – «Битвы за социальную справедливость» мы, конечно, не будем раздавать таких жестких оценок. Ну хотя бы потому, что они – плоть от плоти того самой бинарного мышления, которое совершенно неконкурентоспособно в мире «новой этики». Мы постараемся понять, что движет «воинами за добро и справедливость» и вообще насколько правильно выделять их в какую-то группу. Или же стоит признать – в современном этически неустойчивом мире все жаждут утвердить какие-то незыблемые основы морали просто потому, что в таком мире страшно жить. SJW просто больше остальных «повезло» – они эффективнее других боятся и борются со своими страхами.