Деконструкция демократии

Цифра против демократии

Переживут ли выборы эпоху "больших данных" и социальных сетей?

Иллюстрация из книги Жозефа Франсуа Лафито Moeurs des sauvages ameriquains. Париж, 1724. New York Public Library
Текст: Иван Давыдов

Демократию ругали всегда. Демократию ругали древние греки (между прочим, обоснованно). Демократию ругают современные россияне (не выбирая выражений и не заботясь об аргументах). Но эпоха Big Data дала в руки критикам демократии новые аргументы, и атаки на нее идут теперь с самых разных сторон.

1) Есть мнение, что изжил себя институт представительской демократии. Технологически организовать референдум любого уровня с любым количеством участников и по любому вопросу — уже сейчас вполне реализуемая задача. Возможно, это означает, что народные представители всех уровней, которых мы сначала избираем, тратя на процесс кучу времени и денег, а потом несколько лет кормим, больше ни для чего не нужны. Прямая демократия идет на смену представительской. Как железный конь – на смену крестьянской лошадке.

2) Еще есть мнение, что выборы в их нынешнем виде прямо противоречат общественному интересу. Управленческие задачи, которые должны решать чиновники и депутаты, избранные путем всенародного голосования, постоянно усложняются. При этом люди меняются медленнее, чем задачи, которые им приходится решать, а избирательные технологии гарантируют победу наиболее популистски действующим, то есть, с большой долей вероятности, — хотя и необязательно, — наименее компетентным кандидатам. Иными словами, выиграет и будет допущен к решению сложных проблем не тот, кто лучше подготовлен к решению этих проблем, а тот, кто на уровне риторики наиболее эффектно проблемы упрощает.

Прямая демократия идет на смену представительской. Как железный конь – на смену крестьянской лошадке

3) Есть, к тому же, мнение, что все, изложенное в пункте (2) — закономерность, из которой следует, что большинство – просто плохой арбитр и не способно принимать оптимальные решения. А значит, надо отстранить большинство от процесса выбора и передачи власти, отдав его в руки экспертам-профессионалам. Это, конечно, не изобретение цифровой эпохи, все утопии, начиная с платоновского «Государства», примерно об этом. Однако царство Big Data создает иллюзию, что машина, как идеальный выборщик, может отобрать самых правильных, безупречных экспертов, которым не страшно доверить собственное будущее. А главное — машину нельзя коррумпировать, выбор будет точно беспристрастным.

4) Есть также мнение, что устарел сам механизм выборов. В эпоху Big Data машины знают о нас все или почти все. А следовательно, незачем полагаться на недисциплинированных избирателей, которые могут просто не прийти на участки, проголосовать, поддавшись случайному порыву, поверить популисту, который действует явно против их интересов… В общем, люди слабы и порочны, так было в райском саду, так все и осталось в эпоху социальных сетей. Однако анализ больших массивов информации позволяет точно понять интересы большинства и сформировать, например, идеальный парламент, фракции в котором будут почти точно отображать общественные настроения. И главное — людей к процессу привлекать не надо, достаточно знаний о людях, которые накапливаются, когда люди, вовсе не думая о политике, ездят в метро, совершают покупки или постят в социальные сети фотографии любимых собачек. Между прочим, Айзек Азимов это все в рассказе «Выборы» (русские переводы «Выбирает Мультивак» или «Голосует Мультивак») описал еще в 1955 году. Фантаст провидит будущее, где суперкомпьютер, обработав громадные массивы информации, задает случайно выбранному человеку один вопрос, который, как кажется непосвященным, никакого отношения к политике не имеет. О цене на куриные яйца, например. И ответа случайного гражданина оказывается достаточно, чтобы выбрать идеального президента.

И, разумеется, есть мнение, что демократия спляшет еще на могилах всех, кто сегодня ее хоронит. Скорее всего, голенькая, потому что свобода, как всякий знает, приходит нагая.