Деконструкция демократии

Компьютер вместо депутата: PRO и CONTRA

Спасут ли цифровые технологии демократию? Мнения «за» и «против»

Джордж Калеб Бингам. «Выборы в графстве». 1854. Reynolda House Museum of American Art

Демократия не работает. Авторитаризм работает, но как-то совсем неприятно, а потому вынужден прикидываться демократией. Тоталитаризм не работает и неприятен (это еще мягко сказано), а потому вынужден прикидываться авторитаризмом, который прикидывается демократией. В общем, кругом одна сплошная демократия, которая не работает. А хотелось бы, чтобы работала. Тем более, мы живем сейчас в чудесные времена, когда цифровые технологии могут исправить все что угодно. Алгоритмы, нейросети, big data и все такое прочее – они про нас все знают, ну или скоро узнают. Может, не нужны никакие выборы, партии и прочие нафталиновые институты классической демократии? Может, если компьютер будет выбирать власть и решать, какие законы нам нужны, то это и будет настоящая демократия? Итак. Мы сформулировали шесть позиций, шесть мнений по этому вопросу. Позиции разные, а часто диаметрально противоположные, но каждая из них не лишена веских оснований и внутренней логики. В общем, тут есть над чем подумать и из чего выбирать.

PRO. Технарь-финансист-прагматик

Уильям Хогарт. «Голосование» из цикла гравюр «Выборы». 1754-1755

Sir John Soane’s Museum

То, что мы называем демократией, выборы, все эти партии — это, в первую очередь, крайне неэффективная технология решения вопроса власти. Причем на всех уровнях. Начиная с того, что сама процедура выборов крайне дорогая и не рациональная, и заканчивая тем, что на выходе мы получаем избранников, которые вообще непонятно почему избраны. Обладают ли они хоть какой-то необходимой компетенцией, как связано их избрание с тем, что действительно нужно людям?

Я привык исходить из того, что все счетно. Если что-то неэффективно, то оно работает только до тех пор, пока не появится более эффективная технология решения этих же задач. Люди когда-то передвигались исключительно на лошадиной тяге, но как только появляется бензиновый двигатель, все стремительно меняется. Несколько лет — и все, больше нет никаких лошадей. Тут будет ровно так же.

Те, кто сегодня вкладывает деньги в Big Data, скорее всего думают вовсе не про демократию и ее будущее. Но их бизнес-интересы через несколько лет создадут технологический прорыв, который изменит и выборную систему. Да уже сейчас того, что создано в сфере удаленной цифровой идентификации, вполне достаточно, чтобы процедуру выборов перевести в электронный формат. И это только начало. 

PRO. Технофил-рационалист

Джордж Крукшенк. «Выборы бидла». Иллюстрация к роману Чарльза Диккенса «Посмертные записки Пиквикского клуба». 1836

David Brass Rare Books

Знаете, когда я последний раз ходил на выборы? Никогда. Сейчас демократия — это когда какие-то люди, которых я не знаю и с которыми почти ничего общего не имею, кого-то выбирают. Да даже и не выбирают на самом деле - просто ставят галочку: «с документом ознакомлен и согласен со всеми условиями». И если вдруг машина вместо меня и этих людей будет выбирать власть — как это что-то ухудшит или испортит? Как бы там и что машина ни считала, но это будут выборы, на которых мой голос будет учтен.

Сейчас меня для демократии — нет, а в мире больших данных я есть. Я звоню, включаю свет, посылаю электронную почту, плачу по счетам. Если все этот позволит машине посчитать, какой депутат меня должен представлять, то и слава богу. Я не думаю, что это будет идеально. Но это будет как минимум честнее и демократичнее, чем все, что есть сейчас. 

PRO. Новый аристократ

Уильям Хогарт. «Агитация за голоса» из цикла гравюр «Выборы». 1754-1755

Sir John Soane’s Museum

Демократия — это в лучшем случае надувательство. Некомпетентные люди выбирают некомпетентных политиков. Потому что не может быть равных избирательных прав у алкоголика, которому ничего, кроме очередной поллитры, не надо, и, например, бизнесмена, жизнь и деятельность которого каждый день зависит от тех или иных действий государства.

И решение этой проблемы не в имущественном или каком- другом цензе. Цензы — это совсем позапрошлый век. У кого-то может быть очень много денег, но его участие в жизни общества, его взаимоотношения с государством будут минимальны. В нашем случае между дешевой водкой и дорогим коньяком небольшая разница.

А теперь представим себе, что власть выбирается исходя из анализа цифрового следа, оставленного населением. Сегодня каждый из нас, сам того не замечая, оставляет за собой цифровой след. Причем не только в соцсетях и в интернете. Почти любое наше социальное действие — будь то поездка в метро или покупка в магазине — где-то хранится в виде цифровой информации. И чем дальше, тем больше сфер жизни будут становиться «оцифрованными».

Мы все оставляем этот электронный след, но совсем не одинаковый. Одни ездят много, другие мало, одни постоянно посылают электронную почту, другие вообще ей не пользуются. Одни получают тысячи лайков за пост, а другие и двум-трем рады. Таким образом, и наш вклад в формирование власти оказывается разным. Чем больше наша социальная активность, тем весомее наш голос.

При этом никакого ценза тут нет. Никто не исключается из процедуры выборов власти, все участвуют на равных основаниях, только с разным вкладом в конечный результат. 

CONTRA. Политолог-романтик

Хэблот Найт Браун (Phitz). «Выборы в Итансвилле». Иллюстрация к роману Чарльза Диккенса «Посмертные записки Пиквикского клуба». 1836

Project Gutenberg

Почему-то многие считают, что демократия нужна для того, чтобы наиболее эффективным способом выбирать власть. С этой точки зрения свободные выборы и правда выглядят совсем не совершенным механизмом. Да, люди часто делают не самый разумный выбор: выбирают не самых достойных кандидатов, легко ведутся на всякий популизм, не понимают своих и государственных интересов. На этом основании одни с чистой совестью превращают выборы в фарс; другие предлагают заменить голосование граждан на алгоритм, по которому умная машина будет осуществлять выборы за них.

Можно и так, конечно. Только все это никакого отношения к демократии не имеет. Высчитывая мнения людей вне их конкретной воли, мы просто вычеркиваем их, убираем с доски. То есть получаем очередную версию тоталитаризма.

Демократия, собственно, и нужна для того, чтобы люди могли делать свободный политический выбор. Это базовая либеральная ценность, без которой любые другие свободы для людей не будут никогда полноценными. Если машина за нас будет выбирать власть, то избранные ею люди будут за нас решать, что нам читать, что нам думать, что покупать и с кем спать. 

CONTRA. Институционалист

Уильям Хогарт. «Партийные развлечения» из цикла гравюр «Выборы». 1754-1755

Sir John Soane’s Museum

Идея свести выборы к расчетам мнения большинства на основе Big Data исходит из очень наивного представления о демократии. Кажется, что если убрать всю эту политическую борьбу, манипуляции общественным мнением, партийные склоки, то это и будет настоящая демократия. Только все с точностью до наоборот. Демократические процедуры как раз исходят из того что мнение большинства — это абстракция, которая наполняется конкретным содержанием в результате всей этой политической борьбы, конкуренции партий, манипуляций и склок. Логика демократии — это в первую очередь логика конкуренции. Так что все эти исчисления общественного мнения могут стать (собственно, уже стали) только частью этой борьбы и конкуренции, но никак не заменить их. 

ЧУМА НА ОБА ВАШИ ДОМА

Чарльз Уильямс. «Парламент Смитфилда, или Всеобщее избирательное право». 1810

British Museum

Представительская демократия и правда сегодня в глубоком кризисе. Представительство в его нынешнем виде привело к все более разрастающейся пропасти между народом и властью. Только проблема эта никак не решается радикальным изменением технологии выборов. Те же самые выборы «самых достойных» — только теперь без нашего участия - сделают пропасть между людьми и властью еще больше.

При этом совершенно не очевидно, что логика представительства должна пониматься исключительно как логика «для народа». Процедура выборов призвана выбрать лучших (самых уважаемых, профессиональных, самых достойных) из нас, чтобы они принимали для нас самые лучшие решения и руководили нами. То есть, по сути, сама логика выборов создает новую аристократическую касту политиков, внеположную населению.

Но есть и другая логика представительства — «представительство народа». В этой логике людей во власти должны представлять такие же, как они. И как же их тогда выбирать? Да никак! В этой логике выборы оказываются просто не нужны. Вместо выборов — жребий. Как в древних Афинах, или, что куда ближе к нам — как в коллегии суда присяжных. Заметим, что суд присяжных - один из самых уважаемых и эффективных институтов в современном мире.

Жеребьевка — это нейтральная процедура, посредством которой политические возможности могут быть распределены максимально справедливо. А главное, в результате исчезает разрыв между нацией (людьми) и «политической элитой». Собственно, отдельная политическая элита больше не является необходимым условием политического процесса. Ну и едва ли не главное — представительство по жребию предполагает принципиальную коллегиальность и совещательность.

Ну а цифровая революция тут тоже может очень помочь: это в древних Афинах можно было проводить жеребьевку с помощью бобов, а в странах с населением в сотни миллионов без цифровых технологий не обойтись.